Понедельник, 01 октября 2018 06:12

Впечатления от ... ( Impressions of ... )

Оцените материал
(0 голосов)

Впечатления от ... ( Impressions of ... )

 Токарев делится впечатлениями            Самое большое музыкальное впечатление в детстве оставили The Beatles ̶ как альтернатива классической музыке и той атмосфере, в которой я рос в семье.

            В девятом классе, "в колхозе, на картошке", я впервые услышал Deep Purple: "In Rock". Гитарист играл на гитаре как на саксофоне, и я никак не мог понять, как это он делает, настолько новаторской была музыка: как в техническом отношении, так и по неслыханной до сих пор энергетике. Не надеясь, что когда-либо смогу увидеть в нашей стране нечто подобное, я пытался снимать соло гитары в песне "Child In Time" на слух, и у меня долгое время не получались триоли в заключительной части импровизации. Кстати, это блэкморовское соло "вживую" я слышал только один раз, когда, по счастью нашему, в Хабаровск приезжала лучшая группа Югославии того времени Молодые голоса. Это было здорово, и тогда я понял, что это соло можно сыграть. Справедливости ради, скажу, что это самая "неиграемая" для отечественных музыкантов композиция Deep Purple.

            Потом, когда я уже учился на инязе хабаровского пединститута и был одним из основателей ВИА Лингва и её активным лидер-гитаристом, на одну из репетиций пришёл наш басист Олег Белянский и восторженно рассказал, что на конкурсе ресторанных ансамблей во Дворце профсоюзов (где мы иногда выступали) он слышал гитариста, который играл сразу и мелодию и аккомпанемент. Этого гитариста мы с нашим барабанщиком Григорием Турьянским неожиданно услышали в ресторане "Вечерний", когда, после 23:00 часов, пошли туда купить водки для нашей дружной компании. Набравшись наглости, Гриша попросил без денег сыграть нам то, что так поразило нашего басиста. К моему изумлению, гитарист сыграл "All The Things You Are"/"Всё, что ты есть" Джерома Керна и битловскую "Michelle". Я был поражён и задал дурацкий вопрос по поводу того, что, наверное, очень трудно было найти аппликатуру. Гитарист (это был Владик Опалев*) мне ответил, что он просто знает гармонию и мелодию ̶ и сразу играет. Такой ответ меня просто убил наповал, и, забыв про купленную водку, я пошёл домой и по слуху подобрал услышанное. С тех пор я заболел джазом и считаю людей, играющих джаз, самыми образованными музыкантами. Рок-музыка надолго уступила место джазу.                                         * Начавший играть профессионально с 17 лет, на танцплощадке парка ОДОСА в г.Хабаровске, в ансамбле Захарова-Горовица.

            Потом были встречи с гитаристом московского ансамбля Современник (где раньше играл Ю. Антонов), который написал нам джазовую гармонию к песне "The Shadow Of Your Smile"/"Тень твоей улыбки" Джонни Мэндела, где аккорды менялись чуть ли не с каждой нотой. Такого замечательного, абсолютно бескорыстного музыканта и человека можно было встретить только в те далёкие свободные от стяжательства и гламурных понтов 70-е годы. Потом был игравший на свадьбе у моей двоюродной сестры (тоже музыкантши) в ресторане "Лотос" замечательный пианист Лемешев, который, после того, как предложил с ним поджемовать, сказал мне такие слова: "Наш гитарист по сравнению с тобой ̶ лох, но зато он играет по листку любую гармонию, а тебе, если хочешь продолжать развиваться, надо заняться теорией."

            Про Лемешева существовала такая байка. Как-то три известных тогда клавишника Лайко, Рогожко и Пономарёв сидели в ресторане "Дальний Восток" и обсуждали игру пианиста из только что появившейся группы Shakatak, говоря о том, что у нас так никто не сыграет. К ним подошёл какой-то парень и сказал, что он не видит здесь ничего невозможного. (Это был Лемешев.) Мэтры со смехом сказали, что выставят ящик коньяку, если он это сделает, и предвкушали потеху. Но парень, послушав пьесу пару раз, воспроизвёл её почти нота в ноту. Изумлённые и пристыженные, пианисты, с извинениями, выставили коньяк. Даже если это только байка, то всё равно звучит очень романтично. Музыканты тех лет, а, в особенности, джазмены, были людьми более духовными и порядочными, чем большинство современных позёров и коммерсантов от музыки. Ценились мастерство и талант, а не пиар.

            Вообще, я считаю себя счастливым человеком, потому что жил в эпоху живой музыки, когда каждый концерт был неповторим и когда можно было слушать замечательных музыкантов, и даже общаться с ними, ̶ а общение это иногда приносило больше пользы, чем академические занятия.

            Подумав, решил дополнить сказанное двумя, пожалуй, самыми счастливыми моментами моей музыкальной жизни.

            После окончания двенадцатой, в то время, образцовой школы, где был свой бит-состав, в котором я играть и не помышлял, я не поступил на первый курс исторического (историко-иностранного), до мозга костей партийного, факультета нашего пединститута, сдав все вступительные экзамены на пятёрки и четвёрки. Все друзья меня уже поздравляли с поступлением, когда я узнал, что из-за "проф-" (наверное, партийно-чекистского) набора мне не хватает баллов. Это меня сильно расстроило, но у меня, как родившегося в августе, был, до армии, ещё год в запасе на поступление в институт, и дядя устроил меня на 24-й авиаремонтный завод, располагавшийся недалеко от дома, слесарем-разборщиком агрегатов.

            О пролетарской жизни той брежневской эпохи у меня, как ни странно, остались самые тёплые воспоминания, хотя, как самый молодой, за портвейном бегал всегда я. Работяги были нормальными, много пьющими порядочными мужиками и помогали мне во всём. Работая на заводе, я смог скопить денег на настоящую, а не самодельную электрогитару. Когда была собрана необходимая сумма (400 руб.), гитары из магазинов исчезли. И вот, как раз перед закрытием ЦУМа, мы с другом детства (и, заодно ритм- гитаристом в моей группе) Юркой Пыриным, увидели в музыкальном отделе (он тогда располагался на первом этаже) чехословацкую гитару, на которой тогда играли в филармониях. Мы успели за 25 минут сбегать на площадь Блюхера, где находится мой родительский дом, взять деньги и купить эту гитару. Наверное, это был рекорд скорости. Когда я принёс покупку домой, то был самым счастливым на свете.

            Второй момент неподдельного музыкального счастья я испытал в Красноярске (на фестивале "Джаз над Енисеем", 1988 г.), когда, после выступления моего дуэта, нас с Сашей Лисиным (безладовый электробас, также из Дилижанс'а) тогда поздравляли известные музыканты. Нам всё казалось каким-то нереальным сном, т.к. в Комсомольске оценить тогда и значимость выступления на известном джаз-фестивале в другом регионе и поздравления никто толком не мог. Мы представляли здесь Дальний Восток вместе с группой Тимченко*-Опалева (Квартет "Концерт"), и, перед очередным выходом на сцену, я спросил Владика Опалева, не боится ли он выходить, а он сказал мне слова, которые я запомнил на всю жизнь: "Если уж мне повезло выступать на сцене**, то меня оттуда не выгонишь. Этот шанс надо ценить и стараться сделать всё даже лучше, чем можешь."

* Сергей Тимченко, альт-саксофон; в 1986 г. - лауреат II степени (академического) Всесоюзного (СССР) конкурса исполнителей на духовых инструментах; в течение более двадцати пяти лет - преподаватель ХУИ/Колледжа искусств, г.Хабаровск.

** А не в ресторане...

Прочитано 105 раз

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Яндекс.Метрика

Поиск